Горки дворянские, меценатские, ленинские: судьба страны на фоне истории подмосковной усадьбы
18 июля 2026 года. Горки ленинские. Вести Туризм. Константин Исааков.
Слово Горки сохранилось за этим местом с давних времён, когда в конце XVIII века имением Вышние Горки владело семейство мелкопоместных дворян итальянского происхождения Сальваторе, ставших после переезда Спасителевыми (Salvatore по-итальянски Спаситель – примечание «ВТ»). Они-то и выстроили здесь свой первый усадебный дом – без избыточной пышности (не из зажиточных дворян были те «русские итальянцы»), но с любовью.
Это самое «с любовью» отличало затем и расширение усадьбы в годы её расцвета, когда здесь обосновался с 1824 года герой войны 1812 года, российский сенатор Александр Писарев. В тот комплекс, что сейчас именуют архитектурно-художественным ансамблем начала XIX века «Большие Горки», вошли Вышние Горки и Нижние Горки – довольно раскидистая лесопарковая территория всего-то в часе езды от Москвы.
Почему, собственно, Горки? Да потому, что тут были давно уже обнаружены Курганы вятичей – весьма интересный, по мнению специалистов, объект.
Если дворянин Писарев любил красоту, и это видно по сохранившемуся по сей день убранству усадьбы: инкрустированная мебель из карельской берёзы, искусно подобранные и прямо-таки дизайнерски развешанные по стенам картины (впрочем, лишь малая их часть здесь осталась – множество семейных портретов времён Писарева – так и не опознанных – увезли в другие музеи), то Зинаида Морозова, вдова фабриканта и мецената Саввы Морозова, приобретшая, не торгуясь, в 1909 году усадьбу за фантастические по тем времена 5 тысяч рублей, просто любила всё дворянское. Кто её осудит – правда ведь? И опять же с любовью украшала своё новое владение: расставила по комнатам роскошные фарфоровые вазы, создала на территории розарий, откуда, говорят, снабжала цветами чуть ли не всю Москву. Благо, Анатолий Рейнбот, в то время московский градоначальник и новый муж Зинаиды Григорьевны, эту её страсть к прекрасному вполне поощрял.
Но всему этому суждено было, сами догадываетесь, довольно скоро закончиться, когда случился Октябрьский переворот 1917 года. Усадьбу не просто отобрали – в неё вселился с семейством сам «автор» этого переворота Владимир Ульянов-Ленин, одна из мрачнейших, напомню, фигур XX столетия. Вселился сначала как дачник – Ульяновы бывали тут сперва наездами, наведываясь на природу из своей московской квартиры. Здесь, в ароматах лесопарка, в комфорте дворянских комнат и убранстве, созданном меценатской вдовой, новому хозяину было, конечно, не до любви – он продуктивно трудился: надо было выстраивать вертикаль красного террора, которую в дальнейшем весьма успешно развили его последователи. И только накануне смерти вождя обосновались Ульяновы в своей подмосковной усадьбе на постоянно: возить туда-сюда «дедушку Ленина» (вообще-то прожил «дедушка» всего 54 года), награждённого за все его грехи страшной мозговой болезнью, было не безопасно. Здесь, в Горках, и финишировала авантюрная биография человека, надолго (доколе – никому не ведомо) изменившего Россию: коренным и, увы, не лучшим образом. С 1949 года территорию усадьбы занимает Государственный исторический музей-заповедник «Горки Ленинские».
Впрочем, недолгое в целом (в общей сложности два года – с учётом наездов-выездов) проживание тут семейства Ульяновых парадоксальным образом способствовало сохранности усадьбы – тому, что в нынешние, новейшие времена тут было – и это невиданное везение! – что восстанавливать. Множество других дворянских усадеб было «успешно» разграблено и сожжено любимцами Ильича – пролетариатом и трудовым крестьянством. Ну да, «грабь награбленное». Но Горки не тронули.
Мы посетили музей-заповедник «Горки Ленинские» 18 июля – в тот самый субботний день, когда здесь проходил Фестиваль «Усадьбы Москвы». На фестивале было людно и весело. Пели романсы – чуть ли не те, которыми заслушивалась Зинаида Морозова-Рейнбот. Пили чай («Московское чаепитие» всегда с нами). Играли в серсо. Фотографировались. Словом, всё, как и полагается на плэнере в такой редкий для Москвы-2026 тёплый, солнечный денёк. Кстати, выезжая через некоторое время с территории усадьбы, мы обнаружим вдоль заборчика довольно впечатляющую вереницу автомобилей, оставленных гуляющими. Да, приехавших много!
А я, фланируя по аллеям лесопарка меж веселящихся семей и парочек, всё возвращался мыслями к нашей недавней экскурсии по усадьбе. И радовался: как же это здорово, что те, кто сейчас здесь работает, никоим образом не «наследники Ленина»: не бездушные «пользователи», привыкшие просто паразитически «юзать» созданное с любовью другими – и отобранное у этих других под прикрытием надуманных идей всеобщего равенства (на самом деле, упомянутого «грабь награбленное»). Могу с уверенностью это говорить, потому что увидел старинный дворянский особняк в прекрасном состоянии и любовно ухоженным. И познакомился здесь с людьми, которые не ленятся приезжать на работу из Москвы (напомню: час в один конец... если нет «пробок»). Потому что тут красиво.
И ещё потому, что прониклись чем-то неуловимым, но вездесущим, что удивительным образом сохранила эта прекрасная усадьба из дворянских и меценатских эпох. Любовью.
А имя товарища Ульянова, надеюсь, со временем из названия исчезнет. Всякому мороку приходит пора рассеяться.
-0-